Не потому, что её невозможно создать. А потому, что между разговорами о технологическом суверенитете и реальными потребностями пользователей зияет огромная дыра.
Я работаю в муниципальной сфере и вижу, как люди используют устаревший, нелицензионный и плохо поддерживаемый софт. Не от хорошей жизни: нужно печатать документы, вести таблицы и выполнять работу. А подходящего доступного ПО часто просто нет.
Тем временем ИТ-отрасль обсуждает цифровизацию, отечественные платформы и искусственный интеллект. На разработку выделяют гранты, крупные проекты получают финансирование. Но что происходит с небольшим разработчиком, который самостоятельно создал полезный продукт?
не нужна
Импортозамещение ради работы или ради отчётности?
Отечественное ПО необходимо там, где важны безопасность, поддержка и независимость от иностранных поставщиков. Но сама установка российского продукта ещё не означает, что работа стала удобнее.
Можно внедрить новую платформу и продолжить вести реальные процессы в старых программах и таблицах. Формальные показатели выполнены, а повседневные проблемы остались.
Это не значит, что все крупные ИТ-проекты бесполезны. Но освоенный бюджет и количество внедрений не равны реальной пользе для пользователя.
Государственные программы поддержки существуют. Однако грант — не универсальный способ профинансировать любую полезную разработку. Есть требования, процедуры и ограничения. Закупки требуют готовности к внедрению, а независимому разработчику зачастую негде взять ресурсы даже на поиск первых пользователей.
Получается замкнутый круг: чтобы доказать востребованность, нужны внедрения; чтобы провести внедрения, нужны деньги и доступ к заказчикам.
всё работает!
Что я называю разработкой русской ОС
Я не пишу собственное ядро Linux и не собираюсь заменять Windows на уровне драйверов. Я создаю открытую среду для разработки персональных ERP-систем — генеративный фреймворк, позволяющий собирать прикладные инструменты под реальные задачи.
Мой работающий MVP описан здесь: «Настоящий современный русский open source генеративный фреймворк для персональных ERP».
В основе — PHP, JavaScript, MySQL/MariaDB и обычный хостинг. Система позволяет создавать совместимые модули и использовать нейросети для генерации кода по техническим контрактам.
Нужен складской учёт — создаём модуль. Нужны заявки, имущество или учёт участников — добавляем соответствующую функциональность. Не требуется покупать огромную корпоративную платформу, чтобы автоматизировать небольшой рабочий процесс.
Я называю это разработкой русской ОС не в буквальном смысле операционной системы, а как создание собственной открытой рабочей среды — инструментов, которые можно изучать, менять и развивать без привязки к единственному поставщику.
модули
Если софт нужен, почему он никому не нужен?
Предположим, независимый разработчик создал работающий продукт. Есть код, архитектура и реальные сценарии применения.
Кто поможет провести испытания? Кто оплатит внедрение? Кто познакомит разработчика с первыми пользователями?
Если таких механизмов нет, технически успешная разработка может оказаться экономически невостребованной. А затем её невостребованность легко «доказать»: никто не купил — значит, никому не нужно.
Но отсутствие покупок не доказывает отсутствие потребности. Возможно, продукт просто не получил доступа к пользователям и ресурсам, необходимым для внедрения.
В теории отечественный софт нужен всем. На практике его ненужность легко доказать, если не создать условий, в которых он может стать востребованным.
не нужен
Вместо заключения
России нужны собственные операционные системы там, где они действительно необходимы. Нужны прикладные программы, открытые инструменты и независимые разработчики.
Но недостаточно объявить разработку стратегически важной и выделить деньги на отдельные проекты. Нужен понятный путь от работающего прототипа до реального пользователя: испытания, внедрение, обратная связь и дальнейшее развитие.
Мой проект — один из примеров того, что независимый разработчик способен создать собственный технологический продукт. Но его дальнейшая судьба зависит не только от качества кода.
Возможно, нам не столько не хватает русской операционной системы, сколько работающей системы поддержки тех, кто уже создаёт отечественный софт.
Технологическая независимость начинается не с названия продукта и не с галочки в отчёте. Она начинается тогда, когда созданный инструмент может найти пользователя, решить его задачу и продолжить развиваться.
