А вы помните свой первый рабочий день?
А меня разбуди среди ночи, и я в мельчайших подробностях опишу этот кошмар.
Так уж получилось, что после срочной службы, я долго не мог «найти себя», и с сентября 1995 года по январь ебланил дома. Ну как ебланил: мониторил рынок труда, ибо кому на хрен нужен молодой, здоровый лоботряс без опыта. Потом пошел на курсы сварщиков, и честно ходил туда целую неделю, пока старший брат не предложил мне работу электромонтажника на стройке.
Прошел собеседование с начальником управления, и вышел из его кабинета с диагнозом «Годен».
Тут же в отделе кадров мне завели новую трудовую книжку, вписали туда службу в рядах ВС РФ Вооруженных Сил Российской Федерации (это я расшифровал для особо непонятливых, типа Ehidnoe), и проинформирован, что должен выйти на следующий день по такому-то адресу. Одежду , обувь и обед необходимо взять с собой.
Весь вечер меня готовили, как-будто я опять ухожу в армию, только без проводов.
Утром со сранья (проверочное слово — рань) ушел я в темноту утра, всё-таки январь на дворе, и на общественном транспорте поехал на противоположную сторону нашего города.
Стою около строящегося дома, мерзну. Жду какое-то официальное лицо, чтобы меня представили коллегам.
Подъезжает прораб и спрашивает меня:
— SeniorClerK?
— Точно так. — Отвечаю ему.
— Пошли за мной.
Приводит меня в однокомнатную квартиру на втором этаже этого же недостроенного дома, где посреди комнаты с затянутым толстой пленкой окном стоит «козёл» — крафтовый (самодельный) обогреватель из асбестовой трубы с намотанной на нее нихромовой спиралью, киловатт так на 10 минимум.
Рядом с обогревателем стоит, опять же крафтовый стол с двумя крафтовыми лавками, на которых сидят пятеро моих будущих коллег.
— Знакомьтесь! — Говорит прораб. — Это, как там тебя? Вообщем ваш новый работник.
И съебал в прорабскую, оставив меня с этими замечательными людьми.
По старой доброй армейской традиции дембель осмотрел нас со всех сторон. ― Так, чтоб вы шарили. Кто отхреначил полгода — тот молодой, он шестерит черпаку.
— Здорова, мужики, — начал я.
Сидящий во главе стола щуплый мужичок, вместо слов, достал из-под стола полторашку и махом налил мне полстакана содержимого баклажки.
— Спасибо, откажусь!
— Ну как скажешь! — И одним глотком залил в себя содержимое стакана. Поморщился и встал из-за стола.
— Витёк! Бригадир!
— SeniorClerK!
— Это Валера, это Витек, это Саня, а этого не запоминай, он не из нашей бригады.
— Здорова мужики, — за руку поздоровался я с каждым.
Вслед за бригадиром каждый из вышепоименованных налили себе и выпил.
Я переоделся под внимательными взглядами коллег, и тут в бытовку заходит прораб с криком:
— Чё сидите, кто щитки будет разгружать?
Все обратили свои взгляды на «бугра».
— Ща, идем!
Минут через пятнадцать, я и «теплые» коллеги вышли на январский мороз из натопленного и душного помещения бытовки.
Перед нами стояли сорок штук этажных щитков размером метр на метр.
— Берем по одному, и потащили! — Скомандовал бригадир.
И началось!
Первые два щитка, отнесенные мною на более низкие этажи, давали мне надежду на такое же приятное времяпрепровождение. Но хрен там.
Каждый новый щиток спрашивал меня, а тем ли я собираюсь заниматься остаток жизни.
На шестом этаже второго подъезда я увидел второго Витька, который прислонившись к щитку лежал на лестничной клетке и не подавал признаков жизни. После пинка ногой по щитку, он открыл глаза и произнес фразу:
— Ща, ща, покурю немного!
И на самом деле закурил. Лежа на бетонной лестничной площадке, глядя в небо Аустерлица потолок.
До обеда мы осилили всего лишь два подъезда по десять этажей, потеряв всего одного 300.
В обед ребята приняли допинга, возродив Витька, и задержавшись на полчаса вышли «добить зверя».
Зверь не хотел добиваться, а допинг действовал на суперсилу мужиков все слабее и слабее.
Когда остался один подъезд, в живых из бригады было только двое: я и Санек, тоже крепкий парень лет тридцати. Остальные пали как озимые (ДМБ).
Руки твои сильные
Ты защити слабого
Мысли твои верные
Ты научи глупого
Глаза твои, твоя душа
Добрая и чистая
Дари ее тому
Кому больно одному
Твори добро на всей земле…
Короче, вдвоем мы занесли оставшиеся десять щитков на первый этаж, чтобы из не раскурочили
Именно.
До дома я дошел касаясь пальцами рук земли, настолько они у меня вытянулись от неподъёмных щитков.
Хорошо, что дома ждала семья и тесть с его замечательным самогоном.
А завтра опять нужно было идти на работу.
Сука!!!
